The Causa of Johannes Falkenberg and Synodal Praxis at the Council of Constance (1414–1418): Between Council and Pope

Abstract

While the council fathers at the Council of Constance (1414–1418) managed toachieve a specific condemnation of the theses of Wyclif, Hus. and Jerome of Prague, in thecase of Jean Petit, the council only made a very general judgement of tyrannicide through thedecree Quilibet tyrannus. Something similar occurred with some of the theses of JohannesFalkenberg as, even though its author was imprisoned and his theses were condemned asseditious, they were not expressly condemned as heretical by the council, giving rise tostrenuous complaints from representatives of the Polish crown to Pope Martin V, who madea protest at the last session of the council claiming that the case had not been properlydecided and presenting an appellatio ad futurum concilium. This article analyzes the disputeover the theses of Johannes Falkenberg at the Council of Constance, focusing on the debatesthat took place within the natio gallicana. It also attempts to explain the correlation betweenthe consolidation of conciliar authority and the course of the Falkenberg case.На Констанцском соборе (1414–1418) епископы сумели добиться осуждения тезисов Джона Виклифа, Яна Гуса и Иеронима Пражского, однако трактат Жана Пти об оправдании тираноубийства был признан собором вздорным, но не еретическим: в декрете Quilibet tyrannus отрицалась безусловная легитимность тираноубийства. Нечто подобное произошло и с некоторыми тезисами Иоганна Фалькенберга, поскольку— хотя их автор был заключен в тюрьму, а его тезисы были названы мятежными — они не были прямо осуждены собором как еретические. Это стало причиной настойчивых жалоб представителей польской короны на папу Мартина V, который заявил протест на последнем заседании собора. Он объявил, что дело не было разрешено должным образом, и представил апелляцию на это решение, адресованную следующему собору. В данной статье анализируется спор вокруг тезисов Иоганна Фалькенберга на Констанцском соборе с акцентом на дебаты, происходившие внутри представителей галликанской церкви. Также предпринимается попытка объяснить корреляцию между укреплением соборной власти и ходом дела Фалькенберга.